Свя­тые бес­среб­ре­ни­ки Кос­ма и Да­ми­ан бы­ли род­ные бра­тья. Оте­че­ство их – Асия. Так в древ­ние вре­ме­на на­зы­ва­лась часть Ма­лой Азии. Ни вре­мя их рож­де­ния, ни вре­мя смер­ти неиз­вест­но. Несо­мнен­но толь­ко то, что они жи­ли не позд­нее IV ве­ка.

Отец их был грек и языч­ник, мать – хри­сти­ан­ка, по име­ни Фе­о­до­тия. В ран­них ле­тах они ли­ши­лись сво­е­го ро­ди­те­ля, но это по­слу­жи­ло к их сча­стию. Мать мог­ла сво­бод­нее за­нять­ся вос­пи­та­ни­ем де­тей.

Ре­шив­шись на всю жизнь остать­ся вдо­вою, она рев­ност­но ис­пол­ня­ла за­кон хри­сти­ан­ский; от­ка­зав­шись от всех ра­до­стей жиз­ни, она о том толь­ко за­бо­ти­лась, чтобы уго­дить Гос­по­ду.

По­это­му Свя­тая Цер­ковь при­чла ее к ли­ку свя­тых, на­име­но­ва­ла пре­по­доб­ною и тво­рит па­мять ее вме­сте с ее ча­да­ми. Мож­но по­нять, ка­кое вос­пи­та­ние по­лу­чи­ли де­ти под ру­ко­вод­ством та­кой ма­те­ри.

С са­мо­го мла­ден­че­ства она ста­ра­лась вну­шить им страх Бо­жий и лю­бовь к доб­ро­де­те­ли. А как ско­ро де­ти ста­ли при­хо­дить в воз­раст, она от­да­ла их в на­уче­ние гра­мо­те к неко­е­му бо­го­бо­яз­нен­но­му му­жу.

Здесь, ко­неч­но, глав­ной на­у­кой бы­ло Бо­же­ствен­ное Пи­са­ние, но в то же вре­мя они, дви­жи­мые лю­бо­вью к страж­ду­ще­му че­ло­ве­че­ству, изу­ча­ли вра­чеб­ную на­у­ку, узна­ва­ли це­ли­тель­ные свой­ства трав и рас­те­ний.

Гос­подь бла­го­сло­вил бла­гое их на­ме­ре­ние и да­ро­вал им осо­бен­ную бла­го­дать – дар ис­це­ле­ний и чу­до­тво­ре­ний. Бо­лез­ни пре­кра­ща­лись, как только на­чи­на­ли ле­чить Кос­ма и Да­ми­ан. Это, ра­зу­ме­ет­ся, при­вле­ка­ло к ним мно­же­ство бо­ля­щих вся­ко­го ро­да.

Сле­пые, хро­мые, рас­слаб­лен­ные, бес­но­ва­тые окру­жа­ли чу­до­твор­цев. Но свя­тые этим не отя­го­ща­лись. Ма­ло то­го, чтобы быть до­ступ­нее для бо­ля­щих, они са­ми ис­ка­ли их и для се­го пе­ре­хо­ди­ли из го­ро­да в го­род, из ве­си в весь, и всем боль­ным, без раз­ли­чия по­ла и воз­рас­та, зва­ния и со­сто­я­ния, по­да­ва­ли ис­це­ле­ние.

И это де­ла­ли они не для то­го, чтобы обо­га­тить­ся или про­сла­вить­ся, но с са­мою чи­стою, вы­со­кою це­лью – слу­жить страж­ду­щим ра­ди Бо­га, лю­бовь к Бо­гу вы­ра­зить в люб­ви к ближ­ним. По­это­му они ни от ко­го ни­ко­гда не при­ни­ма­ли ни­ка­кой на­гра­ды за свои тру­ды, ни­ка­ких да­же зна­ков бла­го­дар­но­сти за соб­ствен­ные бла­го­де­я­ния.

Да­ром по­лу­чи­ли они бла­го­дать от Бо­га, да­ром и раз­да­ва­ли ее. Об од­ном толь­ко про­си­ли они ис­це­лен­ных ими: чтобы те твер­до ве­ро­ва­ли во Хри­ста, свя­то жи­ли во Хри­сте; ес­ли же вра­чу­е­мые еще не бы­ли про­све­ще­ны све­том Еван­ге­лия, то ста­ра­лись об­ра­тить их к хри­сти­ан­ской ве­ре. Та­ким об­ра­зом, вра­чуя те­лес­ные неду­ги, они в то же вре­мя вра­че­ва­ли и неду­ги ду­шев­ные.

За это бес­ко­рыст­ное слу­же­ние страж­ду­ще­му че­ло­ве­че­ству, за эти чу­дес­ные ис­це­ле­ния бо­лез­ней неис­цель­ных Свя­тая Цер­ковь ве­ли­ча­ет их бес­среб­ре­ни­ка­ми и чу­до­твор­ца­ми.

Но не на лю­дей толь­ко про­сти­ра­лась вра­чеб­ная си­ла свя­тых вра­чей. Они не за­бы­ва­ли и бес­сло­вес­ных жи­вот­ных. Пра­вед­ник ми­лу­ет ду­ши ско­тов, го­во­рит сло­во Бо­жие. Вер­ные сей за­по­ве­ди, они хо­ди­ли по до­мам, пу­сты­ням и ле­сам, са­ми отыс­ки­ва­ли бо­ля­щих жи­вот­ных и по­да­ва­ли им ис­це­ле­ние.

Бла­го­дар­ные жи­вот­ные чув­ство­ва­ли их бла­го­де­я­ния, зна­ли сво­их бла­го­да­те­лей и, как ско­ро сии по­ка­зы­ва­лись в пу­сты­нях, хо­ди­ли вслед за ни­ми це­лы­ми ста­да­ми.

Од­на­жды слу­чи­лось им зай­ти в од­но пу­стын­ное ме­сто. Здесь они на­шли ед­ва жи­во­го вер­блю­да. Сю­да за­гнал и здесь раз­бил его диа­вол; свя­тые сжа­ли­лись над жи­вот­ным, ис­це­ли­ли его и от­пу­сти­ли здо­ро­вым в свое ме­сто. По­сле, как уви­дим, жи­вот­ное не оста­лось небла­го­дар­ным к ним.

В та­ких де­лах ми­ло­сер­дия про­шла вся жизнь свя­тых бес­среб­ре­ни­ков. Бра­тья ни­ко­гда не рас­ста­ва­лись друг с дру­гом, вме­сте мо­ли­лись, вме­сте хо­ди­ли, вме­сте вра­че­ва­ли. И это они де­ла­ли не без це­ли.

Дав обет ни­ко­гда ни от ко­го ни­че­го не брать, они опа­са­лись, чтобы кто-ни­будь тай­но друг от дру­га не взял от ис­це­лен­ных ка­ких-ли­бо да­ров. Всю свою жизнь хра­ни­ли они обет свой, и толь­ко под ко­нец ее од­но­му из них Гос­подь по­пустил на­ру­шить его.

В те вре­ме­на бы­ла неко­то­рая же­на, име­нем Пал­ла­дия. Несколь­ко лет стра­дая тяж­кою бо­лез­нию, не по­лу­чая об­лег­че­ния ни от ка­ких вра­чей, чув­ствуя уже при­бли­же­ние смер­ти, она вдруг услы­ха­ла о свя­тых вра­чах, ко­то­рые ис­це­ля­ют вся­кие бо­лез­ни.

С ве­рою в чу­до­дей­ствен­ную их си­лу она по­сла­ла про­сить их к се­бе. Свя­тые ис­пол­ни­ли ее прось­бу, и, как толь­ко во­шли в дом ее, боль­ная по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние и вста­ла со­вер­шен­но здо­ро­вою. В бла­го­дар­ность за ис­це­ле­ние она го­то­ва бы­ла от­дать им все свое име­ние, пред­ла­га­ла бо­га­тые по­дар­ки, но свя­тые ни­че­го не при­ни­ма­ли.

То­гда она при­ду­ма­ла сред­ство хо­тя бы од­но­го из них упро­сить при­нять от нее ни­чтож­ный дар. Взяв три яй­ца, она тай­но при­шла к свя­то­му Да­ми­а­ну и за­кли­на­ла его име­нем Бо­жи­им взять от нее эти три яй­ца во имя Свя­той Тро­и­цы. Да­ми­ан дол­го от­ка­зы­вал­ся, но ра­ди клят­вы же­ны, ра­ди име­ни Бо­жия, усту­пил ее прось­бе.

Кос­ма об этом узнал, весь­ма огор­чил­ся и то­гда же сде­лал за­ве­ща­ние, чтобы по пре­став­ле­нии их не по­ла­га­ли вме­сте с ним те­ло Да­ми­а­на, как на­ру­шив­ше­го обет Гос­по­ду, взяв­ше­го мзду за ис­це­ле­ние.

В ту же ночь явил­ся Гос­подь Кос­ме и ска­зал: «Для че­го ты скор­бишь ра­ди взя­тых трех яиц? Они взя­ты не ра­ди мзды, но ра­ди клят­вы же­ны в Мое имя…» Кос­ма уте­шил­ся, но ни­ко­му не ска­зал о сво­ем ви­де­нии. Со­тво­рив по­сле се­го еще мно­го зна­ме­ний и чу­дес, с ми­ром по­чил свя­той Кос­ма.

Чрез несколь­ко вре­ме­ни по­сле его кон­чи­ны по­чил с ми­ром и свя­той Да­ми­ан. Лю­ди, чтив­шие их па­мять, окру­жи­ли те­ло Да­ми­а­на и недо­уме­ва­ли, где по­ло­жить его. За­ве­ща­ние Кос­мы бы­ло у всех в све­жей па­мя­ти, на­ру­шить его стра­ши­лись.

И вот, ко­гда они в недо­уме­нии сто­я­ли при свя­том те­ле, вне­зап­но по­до­шел к ним вер­блюд. Лю­ди мол­ча­ли, а за­го­во­рил вер­блюд.

«Че­ло­ве­цы Бо­жии, – так на­чал речь бес­сло­вес­ный, – мно­го на­сла­див­ши­е­ся зна­ме­ний и чу­дес от свя­тых Кос­мы и Да­ми­а­на, и не толь­ко вы, но и мы, жи­вот­ные, дан­ные вам на служ­бу Бо­гом. Как слу­га я при­шел к вам по­ве­дать тай­ну Кос­мы, чтобы не раз­лу­чать их друг от дру­га, но вме­сте по­ло­жить их».

Вер­блюд этот был тот са­мый, ко­то­рый неко­гда был ис­це­лен свя­ты­ми. Лю­ди, окру­жив­шие те­ло свя­то­го, воз­бла­го­да­ри­ли Гос­по­да, так чу­дес­но от­крыв­ше­го тай­ну Свою, и, по­ло­жив свя­тые мо­щи бес­среб­ре­ни­ков в од­ну ра­ку, по­греб­ли их на ме­сте, на­зы­ва­е­мом Фе­ре­ман (ныне не су­ще­ству­ет, раз­ру­шен тур­ка­ми). Су­дя по опи­са­ни­ям под­лин­ни­ков, они скон­ча­лись в сред­них ле­тах.